Почти тысяча ребят совершили путешествие в «Артек» военного времени и стали участниками онлайн-викторины «Артек в истории Победы». Эта викторина – дань памяти и уважения к артековцам – пионерам и сотрудникам «Артека» военной поры, которые в огне войны смогли сохранить и приумножить добрые традиции детского лагеря. 17 победителей, набравших максимальный балл, ждут электронные дипломы Международного детского центра «Артек».
«Артек» – символ счастливого детства для всех ребят нашей страны с советской эпохи и до наших дней – вписал свою героическую страницу в летопись Победы. Детский лагерь не прекратил своей деятельности на протяжении всего периода войны, невзирая на обрушившееся трудности и невзгоды. Более того, артековцы оказывали посильную помощь фронту, проявляли настоящие чудеса трудового героизма, оставаясь верными артековским традициям и артековской дружбе. Как и наша страна, «Артек» выстоял и победил! Совсем не случайно сразу после освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков началось восстановление и практически одновременно – заезд детей в лагерь, как утверждение неизбежности победы добра над злом!
Навечно вписаны в историю «Артека» имена его героев – воспитанников и сотрудников, не вернувшихся с полей сражений, отдавших свою жизнь за свободу Отечества. Их истории подвига живы и бережно хранятся нынешними поколениями артековцев.
Поздравляем победителей! Максимальный балл (34) набрали 17 человек:
Леонтьева Анастасия (г. СтараяРусса),
Лютикова Наталья (г. Ульяновск),
Колесникова Оксана (г. Санкт-Петербург),
Марченко Екатерина (г. Архангельск),
Шатулова Светлана (г. Барнаул),
Пушмин Тимофей (г. Екатеринбург),
Иванова Снежана (г. Опочка),
Пушмина Дарья (г. Екатеринбург),
Жданова Анна (г. Первоуральск),
Богданов Дамир (г. Опочка),
Долгачёв Егор (г. Москва),
Гилка София (г. Кисловодск),
Шатулов Григорий (г. Барнаул),
Марченко Алексей (г. Архангельск),
Шальнева Надежда (г. Москва),
Королева Ольга (г. Великий Новгород),
Ткаченко Анастасия (г. Великий Новгород).
Шел 1924 год. В тихий осенний вечер у подножия горы Аю-Даг гулял приехавший из Москвы председатель ЦК РОКК Зиновий Петрович Соловьев. Он отдыхал, любовался природой и полной грудью вдыхал живительный горно-морской воздух, но мысли его были далеко.
Его заботил вопрос о том, чтобы в возможно короткий срок поправить здоровье детей, особенно тех, кто пострадал во время империалистической и гражданской войны и в годы разрухи. Он мечтал создать такие учреждения, «где врачи имели бы дело не только с отдельным ребенком, а с организованным детским коллективом». Лагерь-санаторий, «лечебный лагерь» – вот что хотелось создать Зиновию Петровичу.
Соловьев объездил ряд мест на побережье, побывал в Коктебеле, под Феодосией, в Судаке, но ни на чем не мог остановить свой выбор. И вот, проводя отпуск в Гурзуфском отделении Крымской военно-курортной станции (ныне санаторий «Гурзуфский»), Зиновий Петрович гулял в урочище Артек, которое удовлетворило его во всех отношениях.
Особенно радовало Соловьева то обстоятельство, что лагерная площадка может быть со временем расширена и лагерь «развернется в настоящую пионерию». Место для этого было выбрано как нельзя более удачно.
Не менее удачным оказался и выбор организатора лагеря. Открыть к началу 1925 года санаторный лагерь было поручено доктору Федору Федоровичу Шишмареву, который был тогда заведующим детским санаторием в Ай-Даниле. Ф. Ф. Шишмарев сыграл значительную роль в жизни «Артека». Ему он отдал восемь лет своей жизни, бессменно работая главным врачом. Исключительный организатор, великолепный врач, он являлся правой рукой 3. П. Соловьева в деле организации лечения и отдыха детей.
И вот 16 июня 1925 года в уютной и живописной бухте, где тишину и покой охраняет древний Аю-Даг, зазвучали детские голоса и под звуки горна взвился флаг – так в Крыму открыл свою первую смену лагерь-санаторий Общества Красного Креста РСФСР в «Артеке».
80 первых артековцев жили у самого моря. В первый год «Артек» за четыре летние смены принял 320 детей.
Их размещали в четырех брезентовых палатках, высоких, светлых, с деревянными полами. Хотя их убранство и состояло из простых деревянных, обтянутых парусиной кроватей, деревянных табуретов и грубых прикроватных столиков, однако все содержалось в большом порядке. Самая лучшая палатка была отведена под изолятор, который находился на приличном расстоянии от лагеря.
Для столовой использовалось место под тентом, где было расставлено шесть обеденных столов и скамейки. И хотя столы были грубо сколочены из теса, их покрывали белоснежными скатертями, а у каждого пионера была салфетка и кольцо для нее.
Был организован также клуб-библиотека, под который отвели лучшую комнату потемкинского домика. Там же хранились собранные детьми коллекции, инструменты и материалы для ручного труда.
Около самого моря, где теперь разбита костровая площадь с амфитеатром для гостей, была физкультурная площадка. Здесь же в первые годы зажигались артековские костры.
Летом 1925 года «Артек» посещает Клара Цеткин, которая позже напишет:
24 июля 1927 года в «Артеке» введена штатная должность отрядного вожатого. Педагоги вели работу по краеведению и естествознанию, проводили экскурсии, учили ребят, как следует собирать гербарии и составлять коллекции, читали им лекции, проводили беседы. На образовательную работу отводилось два-три часа в день. В распорядок дня входил обязательный труд: дети убирали парк, чистили пляж, собирали виноград, убирали сено, снимали урожай фруктов.
Экскурсий в те годы проводилось мало. Это было сложным делом, так как в «Артеке» не было транспорта, и нередко ребят из Севастополя доставляли на запряженных в дрожки лошадях.
Первые годы работы лагеря показали: надо подумать о постоянных зданиях вместо палаток, которые совсем не оправдали себя. Днем, когда нужно было проводить тихий час, – жарко, ночью – холодно. Особенно это стало актуальным, когда однажды ночью разразилась буря с сильной грозой, разрушила палатки и перепугала детей.
В 1928 году Зиновием Петровичем был поставлен вопрос о реорганизации лагеря в постоянный лагерь-санаторий, функционирующий круглый год.
И в этом же году дети отдыхали уже не в палатках, а в новых домиках.
Этот пост возник спонтанно, на основании моего комментария к посту «Особенный «Артек» не только для пионеров и не только для людей» за авторством Galateya. Меня просили о продолжении, и, собственно, вот оно. Отдельное спасибо Дядюшке АУ, Вадиму, а также Юр21, чьи просьбы и сподвигли меня на написание этого поста!
Отдельный пласт иностранные дети — их там было довольно много. В основном кубинцы, и прочие латиносы, а также арабы и африканцы всех мастей.
Начну, пожалуй, с негласного лидера нашего отряда Пионера Леонида. Отряды в Артеке разбивались по возрасту.: 1-й самые старшие, которым уже секс был интересен (В Артеке секса строго не было. За это был расстрел на месте и немедленная депортация к родителям, но платонические отношения с поцелуями и обжиманиями, впрочем, не возбранялись). 2-й отряд был середняк – 10-12 лет (самый большой). 3-й отряд – еще не пионеры – октябряшки, готовящиеся стать пионерами – у нас их было мало.
Наш Леонидас тоже, как-то не шибко любил батю и отзывался о нем временами, как-то не очень. Впрочем, он положительно ни о ком не отзывался. Таким он был лидером!
Ну и обосрался наш Леонид только раз на праздновании открытия Олимпиады-80, причем в буквальном смысле слова. В Артеке был грандиозный праздник, в честь этого события. И мы все надели праздничную белую форму (для мальчиков – белые шорты и рубашки, для девочек – белые юбки и блузки), повязали красные галстуки. С утра состоялась праздничная линейка, а Леонидос за завтраком поспорил с пионером Юликом Кравченко сыном министра легкой промышленности СССР, что сможет выпить 10 стаканов молока залпом и выиграл спор!
И он при этом при всем еще на жопу садится и начинает плакать и вроде даже, как рыдать. Благо, никто особо не заострялся, он только всеобщее внимание привел тем, что сел.
Кстати, на следующий день Леонид вел себя, как ни в чем ни-бывало, правда все его подтрунивания надо мной закончились. Мы не говорили никогда с ним на эту тему больше. Он никогда больше не доставал меня, а когда уже разъезжаясь садились в автобусы – подбежал ко мне и крепко обнял. Потом в кармане штанов, я нашел зажигалку Зиппо Леонида, от которой тащился весь лагерь.
Спасибо всем, кто одолел столько букаф!
